Дюбуа буквально чувствовал, как Самарис сканирует его взглядом, пытаясь уловить подвох в малейшем его слове, мимике или движении. Бедный греческий мальчик. Ему придётся очень сильно постараться; вряд ли Марселин рассказывала ему о болевых точках своего старшего брата — это не та тема, о которой беседуют на свидании перед сексом или непосредственно после. Обен подавил саркастичный смешок, так и рвущийся наружу от собственных мыслей, и кивком головы пригласил Алека следовать за собой, обратно в кабинет. Распахнув двери, он тактично пропустил гостя вперёд, чтобы прикрыть их за собой, отрезая от остального дома. [читать дальше]
Место действия: Арденау, 2019 год
СОПУТСТВУЮЩИЙ УЩЕРБ: Tamerlan Tsoi (до 21.10)
СУДНАЯ НОЧЬ: Scarecrow (до 02.10)
ЗНАНИЯ - СИЛА: Noëlle Trudeau (до 22.10)
Добро пожаловать на Actus Fidei!

Тайна пропажи магии наконец раскрыта, но какова цена победы над Злом? Закрытие Врат поделило современную историю человечества на "до" и "после": люди с Даром объявлены вне закона, Церковь практически истреблена, а ведьмы и колдуны снова подвержены гонениям. И когда ситуация казалось бы и так хуже некуда, из тени веков на свет вновь показалась старая угроза - Иные...

Actus Fidei

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Actus Fidei » Aeterna historia » It hurts me too


It hurts me too

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://i.imgur.com/D2xsdCk.png
Океан Ельзи - Без бою
It hurts me too
Cameron Chapman, Henrietta Jäger
Июнь 2018; Новая Зеландия, старый дом биологических родителей Этты.
When things go wrong
So wrong with you
It hurts me too ©

Отредактировано Cameron Chapman (2018-07-30 17:23:27)

+2

2

Все в это стране наперекосяк, все наоборот, перевернутым с ног на голову. Небо даже другое, другие созвездия, и воздух иной. Где-то с привкусом пыли на губах, где-то приносит с собой соленый запах океана. Тут красиво. Слишком, чтобы этого не замечать. За годы, что она пронесла в своем сердце ненависть и презрение к этой земле, она даже ни разу не задумывалась, как сильно скучала по этим местам. Сердце дрожит, глядя на безумно красивые пейзажи, но вслух стражница, конечно же, говорит совершенно иные слова. Что она хочет домой – где под словом «дом» подразумевается совсем не безумная идея вернуться сюда снова, а втоптанная в разум настойчивая мысль с названием одного города. Арденау. Этта гортанно произносит каждый слог, пробует на вкус, словно игристое вино, а душа рвется вместе с птицами в небо. Почему все так сложно?
- Это был мой сандвич, - возвращается на кухню небольшого арендованного на несколько дней бунгало. Говорит беззлобно, намереваясь достать турку и сварить кофе. Желательно крепкий и с корицей. Солнце уже высоко, для Генри ранний подъем – в порядке вещей. Кажется, ее напарник уже привык. Бросает на Кэма взгляд. Как удивительно – их закинули в эту дыру обоих, не по своей воле поставив в пару. И они брыкались, ругаясь друг на друга, изливая непонятно откуда берущуюся злость, чтобы, по-видимому, не выставлять напоказ истинные чувства – истинную боль. Хотя, в ее случае, больше детская затаившаяся обида. А в его? Егер заскакивает на столешницу кухонного разделочного стола, смотрит, как мужчина нарезает ровными ломтиками хлеб и сыр. Стоит Чепмену отвернуться за чудом не сбежавшим кофе – ворует у него бутерброд прямо перед носом. Иронично выгибает бровь, словно говоря «око за око». Снова удивляется, как у них чудом сошелся один из самых несочетаемых в еде вкусов. Все, кого Генри встречала до этого, были заядлыми мясоедами.
- Есть что нового? – интересуется, дожевывая последний кусок хлеба со шпинатом и сыром. Ее интерес направлен на задания – дали ли координаторы что-то новенькое или им снова колесить без особой цели. Честно говоря прочесывать местность было интересной забавой – колеси себе по стране, любуйся природой и получай за это деньги. Их путешествие на юг страны длилось уже больше трех месяцев, за которые они… втянулись в работу друг с другом. Больше не злились по пустякам, хотя от иронии Чепмена никто не спасал – но это уже суть характера его напарницы. Тут ничего не поделаешь.
Когда Кэм кивает и тянется за телефоном, Этта ухитряется стащить второй бутерброд. После пробежки разыгрался аппетит, а еда восхитительно пахнет. И кофе. Кофе Генри тоже придвигает ближе. Стоит мужчине назвать ориентировочный адрес, как девушка давится крошкой хлеба. Быстро ставит на место чашку с горячим напитком, слезает со столешницы, подходит к раковине и пытается откашляться. Не может быть. Только не ее родные края. Этого просто не может быть! Не поворачивается к стражу, надеясь, что сумеет снова надеть маску невозмутимости на лицо, прежде чем им придется столкнуться взглядами. Отмахивается на фразу о том, что не нужно было воровать еду. Ухмыляется, хватаясь за спасительно брошенную фразу, как за спасательный жилет утопающий. Только бы не вернуться мыслями в события двадцатипятилетней давности.
- Я за рулем, - выдавливает из себя, надеясь, что голос не звучит приглушенно и хрипло. Расплывается в улыбке – наигранной – поворачивается к собеседнику. – Я знаю эти места, - упускает подробности, что выросла там, огибает высокую фигуру Кэмерона, поднимается наверх, в свою спальню. Дышит глубоко и часто. Там, в координаторской, решили неудачно над ней пошутить? Молния не ударяет два раза в одно и то же место. Или ударяет? По спине пробегает неприятный холодок. Девушка пытается унять дрожь в руках, занимаясь сборкой дорожного рюкзака. Собирает волосы в высокий хвост, смотрит в зеркало – спасибо смуглой коже, на ней не видно, как кровь отлила от ее лица. В дверях появляется Чепмен.
- Иду, - отзывается филиппинка, напоследок делая глубокий вдох.

До острова Стюарт им пришлось преодолеть почти сто миль на машине до поселка Блафф – самой крайней части острова, что была наиболее приближенной точкой к их месту назначения. Паром пришлось ждать еще полчаса, а за это время они выпили кофе и поговорили обо всякой ерунде.
Прибыв на остров, молодые люди были встречены одним из местных жителей. Мужчиной, которому было лет за пятьдесят, оказался смотритель национального парка, жившего со своей семьей в городе Обан. Его лицо не показалось стражнице знакомым, что было неудивительно – прошло четверть века с тех пор, как ее нога в последний раз ступала по родной земле.
- Не поймите меня неправильно, но, как только я узнал о том, что пропало несколько туристов, я сразу подумал, что это звери. Но не сходились некоторые детали, а мистер Уелсби рассказал, что на острове слышал о двух стражах, так что я решил все-таки вызвать вас. На всякий случай.
- Правильно сделали, - кивнула Генри, но энтузиазма не выказала. Настроение стражницы портилось на глазах.

+1

3

Несмотря на недовольство, которое Кэмерон Иден Чэпмен подсознательно испытывал, отправляясь в Новую Зеландию в компании Генриэтты, эта поездка определенно пошла ему на пользу. Колкий характер девушки, их цепкое общение, которое в конечном итоге вылилось в какое-никакое, но все же приятельство, возымели эффект. Депрессивный и тоскующий, страж постепенно возвращался в реальность.
Как бы то ни было, но жизнь продолжалась, и все еще существовали души, способные причинять вред простым людям.
Работа была не пыльной. Курсировать по острову, уничтожать редких тварей, снимать небольшое бунгало совместно с Эттой, и готовить вегетарианский завтрак. Забавно, но все бывшие женщины, принимающие участие в жизни Чэпмена, и Каллист в том числе, не разделяли желание стража не есть мяса. С Егер подобных проблем не возникало — они затаривались в местных супермаркетах огромным количеством овощей, готовили по очереди, и вполне казались довольными сложившейся ситуацией.
После случая с хименой, они больше не пускались в откровения. Общение складывалось стабильно, и Кэму подобного казалось вполне достаточно. Он старался не сильно думать о былом, глядя в будущее. Несколько раз порывался связаться с Дином, но тот не отвечал.
Потому охота оставалась единственным, что держало стража на плаву.
В то утро, пока Этта была на пробежке, Кэмерон заканчивал с завтраком. Не успел он соорудить пару сендвичей, как замигало сообщение на телефоне, прибывшее от координатора. Быстро просмотрев суть очередного задания, Чепмен услышал шаги.
Вернулась Егер. Занятая воровством еды, девушка не сразу поинтересовалась заданий. А когда Кэм протянул ей телефон, ему показалось, что напарница побледнела, и даже изменилась в лице.
Страж не стал задавать лишних вопросов, ибо знал, что пока Этта сама не захочет, ничего не расскажет. Она вызвалась сесть за руль, и Кэм не возражал. Периодически на нее поглядывая, Чепмен не мог не заметить, что Егер явно нервничает.
- Знаешь эти места, говоришь? - негромко уточнил страж, но ответа не услышал.
Что случилось, он не понимал, но предпочел сосредоточится на задании.
Это было первое мало-мальски серьезное дело за последние недели, и Кэм воспринял его с воодушевлением — надоело просиживать пятую точку на автомобильном сидении, а работа всегда помогала отвлечься от тяжких мыслей.
Добравшись до парома, и дожидаясь его прибытия, стражи пили кофе, обсуждали всякую ерунду, и оглядывали местность на наличие душ, хотя бы светлых, которые могли стать кладезем полезной информации. Но в данном случае не повезло — поселок Блафф был чист и спокоен. Увы, но Кэм уже знал, что это только на первый взгляд.
Они с Эттой добрались до острова, и тут же были встречены смотрителем парка. Мужчина казался очень встревоженным, и быстро ввел стражей в курс дела. Кивнув на замечание Этты, Кэм огляделся.
- Сколько туристов пропало? И с каким интервалом?
- Пятеро туристов, - слегка задумавшись, ответил мужчина. - В течении двух недель это все и случилось.
- Плохо, - резюмировал Кэм. Что бы это ни оказалась за тварь, она была явно очень ненасытной. - И что за детали?
Пока смотритель продолжал свой рассказ, Чепмен поглядывал на Егер, которая мрачнела прямо на глазах.
Когда они всей компанией отправились осмотреть местность, Кэм немного притормозил, увлекая за собой Этту.
- Что случилось? Тебе не кажется, что мне стоит это знать?
Генриэтте так не казалось.
Они продолжили свой путь, оказавшись около двухэтажного дома, явно давно заброшенного и не жилого. Кэм вздохнул — по словам смотрителя, всех пропавших видели в последний раз именно вокруг этого неприметного здания.
- Что ж, надо осмотреть. Вы идете, мы потом вас найдем, - обратился он к их провожатому, и двинулся вперед. Этта за ним не последовала. - В чем дело? Ты что-то увидела?

+1

4

Отзывчивость никогда не была сильной стороной Егер. Больше она походила на звание “своего в доску” друга, с которым отлично провести вечер в баре за бокалом пива и поспорить на тему, какая тактика лучше подходит для ловли хемены. Она никогда не грустила, считая, что в жизни стража, итак, дохрена всякой мути, чтобы тратить время на сопли и пустые нервы. Куда проще ей давался черный юмор, пожимание плечами на любое нытье и взгляды а-ля “давай сменим тему иначе меня стошнит”. Генриэтта никогда не унывала, ее свободолюбие и жажда жизни всегда вели ее вперед, держали на плаву в нелегкие моменты и позволяли не углублять в суть проблемы, иначе, филиппинка была уверена, в таком случае она сожрет ее целиком.

Собственно, именно эти черты помогли ей уживаться с Чепменом. То ли магистры были в курсе непростого характера стражницы и примерно понимали, что именно такое отношение и пинки под зад будут необходимы Кэмерону, чтобы пережить утрату жены, то ли обстоятельства сложились подобным образом, но эти двое со временем угомонили свою неприязнь друг к другу, смогли сработаться и, что, наверно, самое главное, не мешать каждому жить своей жизнью, а существовать в неожиданном для них симбиозе. Даже весьма уникальная (или, скажем, редкая) особенность к вегетарианству стала их общей чертой. Генри ранее никогда не задумывалась о том, как удобно жить с человеком, разделяющим твои взгляды (собственно, потому что особо ни с кем никогда не жила подобным образом) и не кривиться каждый раз, когда тебе в тарелку прилетает мясная подливка. 

Этта дергает плечом на очередной раздражающий вопрос напарника. Его забота о ней раздражала - девушка терпеть не могла признавать собственную слабость. Особенно, если это касалось прошлого, которое она так тщательно и бережно скрывала не только от Кэма, но и от себя самой долгие годы. А свой страх вернуться в события двадцатилетней давности стражница расценивала именно как свою собственную ахиллесову пяту. Наверно, потому что до сих пор не могла простить себе гибель матери. И за то, что до сих пор не простила родителей за наплевательское отношение к себе. 

- Следи за дорогой у себя под ногами. - Бурчит темноволосая, хмурясь и становясь темнее течи из-за того, что узнавала дорогу. Узкие тропы поросли травой, на их месте протаптывались новые, но само направление было Егер знакомо с детства. - Проклятье, - ворчит девушка едва слышно, стараясь не привлекать внимание напарника и местного. Им не за чем знать, считает девушка, хотя сама уже не так уверенно проговаривает про себя эту фразу. Генри злится. на магистров, на чертову Новую Зеландию, на Кэмерона и на саму себя. за то, что может справиться со страхами, за то, что заперли ее сюда и за то, что впервые она чувствует себя беспомощной.

Заросли расступаются, и дорога приводит троицу к знакомому Этте дому. желудок тут же сворачивается в тугой узел, тянет где-то в районе пуповины, точно чувствует свой родной дом. Это место было показателем не привязанности, не родительской любви, а бессилия ребенка перед монстрами, забравшими у нее детство. И все равно, что дальше, за океанами, маленькая Аида нашла новый, настоящий дом, новую семью, родителей, любящих ее до беспамятства, братьев, которые были для нее опорой и поддержкой. Ее страхи все равно жили здесь. Смотритель кивает на слова напарника, но Егер не слышит слов, не разбирает удаляющихся шагов. Ее взгляд прикован к двухэтажному полуразрушенному дому, к окну на втором этаже, где раньше была ее спальня. К подъездной дорожке дома, неасфальтированной и со временем совсем поросшей травой. Эмоции прыгают, наскакивая друг на друга, ломая стражницу изнутри.

- Ты что-то увидела? - сознание вырывает из контекста последний вопрос, и филиппинка переводит полный ужаса взгляд на Чепмена. Впервые в ее карих глазах читается мольба о помощи - фразы, которые она ни за что не сказала бы в трезвом уме и полном здравии. Да она скорее себе язык откусит, чем признает, что не справляется сама.

- Кэм... - еле выдавливает из себя, но тут же замолкает, не находя слов. они застревают в горле и, не находя выхода, душат ее, затягивая шею тугой проволокой. именно в этот момент ха спиной напарника вырастает темная тень.

+1


Вы здесь » Actus Fidei » Aeterna historia » It hurts me too


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC