Добро пожаловать на Actus Fidei!

Где смерть не является концом, где существуют души, стражи и законники, ведьмы и клирики.


НЕ ВИЖУ ЗЛА
Lazaria Mayham

НЕ ГОВОРЮ ЗЛА
Christophe Leroy

Место действия: Арденау,
осень-зима 2017-2018 г.г.

сюжетматчастьfaqправила
гостеваяшаблон анкетывнешности
занятые имена и фамилииперсонажи
нужныехотим видетьблог амс


- Ты же не Еш… Ез… Е-рез-шаш? – глупо уточнила Брэйтуэйт, старательно, но не очень успешно, выговаривая фамилию друзей Радослава. – Что происходит? Тут как будто несколько дней никого не было… Они сбежали?Ведьма раздраженно бросит на пол надоевший сверток. [продолжить]


Вверх страницы

Вниз страницы

Actus Fidei

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Actus Fidei » Aeterna historia » Кто на новенького?


Кто на новенького?

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

https://img02.rl0.ru/afisha/o/s1.afisha.net/MediaStorage/09/d3/04890d418c474cdd94c6017cd309.jpg
Romeo et Juliette - Les rois du monde
Кто на новенького?
Daniel Davidson, Claude de Faye, Clinton Ross, Emilie de Faye
10 января 2018 г, один из баров Арденау

"— Это Дон Периньон, 55-го. Жаль будет разбить его.
— Я лично предпочитаю 53-го."

+3

2

- Мисс Голдштейн!- расплывается в широкой улыбке Дениел, едва успевший отвернуться от закрытой двери и остановленный на полушаге, будто действительно рад видеть свою пожилую соседку.
- Миссис,- зло цедит в ответ женщина, похожая на сморщенный грейпфрут, и затевает очередную свою тираду на тему чрезмерно шумного соседа, правил поведения, разочаровывающей тенденции воспитания современной молодежи и всего прочего, о чем она так любит рассказывать всем подряд. Особенно встреченной молодежи, которой, рядом с ней, считались и лица далеко за сорок. Дену же оставалось лишь спокойно стоять и терпеть, пока ее заряд бодрости не иссякнет и она не поползет на подзарядку, то есть в квартиру. Ну, разве что можно было молчаливо задаваться вопросом, за что на его голову свалилась именно эта соседка.
Вообще, если подумать, жизнь стража и без того полна лишений. К примеру государственных праздников, невзирая на которые некоторым все равно приходится работать, ведь мало какую темную душу заботит тот факт, что на дворе новый год и люди хотят спокойно его отметить, погрузившись в атмосферу праздника рядом с приволоченным из леса деревом, обмотанным проводами с лампочками и разбросанными под ним коробками. А потому выхваченные околоновогодние выходные собравшиеся стражи отмечают совсем не спокойно, с размахом, так, чтобы не чувствовать обиды за отсутствие законных новогодних каникул, что нисколько не мешает им погружаться в ту самую атмосферу праздника, пусть даже никакого дерева в их домах не присутствует. А нарядить и куст старого алоэ можно. Правда на утро не редко оказывается, что «обидно» это вовсе не отсутствие законных каникул, «обидно» это когда пили вы все вместе, а на работу вставать только тебе одному. Так еще и вчерашний гениальный план что-то совсем не сработал, ведь вы и так отказались от салатов, а на утро тебе плохо так же, как и в прошлом году. В следующем надо будет попробовать отказаться от мандаринов.
Но все это житейские мелочи. Нужно всего лишь дождаться нового выходного, спокойно в него отоспаться часов четырнадцать и вуаля. Потерянную за время боя с темными энергию организм восстановил, все полученные порезы немного затянулись, ушибы и синяки пожелтели, не говоря уж про все последствия праздников, которые мало того, что выветрились, так еще перестали одним своим воспоминанием мутить голову. Так что, к вечеру Ден уже стал походить на человека, вон, даже соседка не побоялась подойти, хотя еще пару дней назад предпочла сделать вид, будто не узнала проползающее мимо тело. Видимо, в глазах того тела слишком явственно читалось, что за пару часов сна оно готово убить.
Но вот, гневная тирада пошла на второй виток и милая (нет) старушка вновь шипит про умственные способности некоторых, не могущих запомнить разницу между мисс и миссис, а ведь она порядочная женщина и вот уже цать лет как миссис.
- И я не перестаю восхищаться вашим мужем,- быстро вклинивается Дениел, пока старуха набирала воздух в легкие,- но час уже поздний, а мне еще надо успеть отправить матушке эти дивные пряники в виде оленей, связать сестре шарф с шапкой и даже страшно представить, что бы отправить отцу с братом.
Девидсон выждал, пока женщина потеряет бдительность и ретировался быстрее, чем таракан при включении света на кухне. Вообще-то подарочную открытку домой ему и правда нужно отправить, но не сегодня. Сегодня можно отправиться штурмовать какой-нибудь бар в городе. Можно даже мстительно отправить коллегам фотографию вывески, авось кого нелегкая и принесет, тем более что она так призывно светится на фоне потемневшего зимнего неба. А то ж как сами ближе к семи вечера отправлять «доброе утро», так все нормально, а как им работать, так «не отвлекай, а то дел много, темные вокруг шастают, и вообще не смешно».
До какого числа длятся праздники у нормальных белых людей, Дениел так и не понял, очень быстро заподозрив что-то неладное, так как красный квадратик на календаре любезно подсказывал, что на дворе уже десятое число, но народа в баре было столько, будто работал место них папа Карло. Или в соседнем институте отменили лекцию по философии, и расстроенные студенты решили провести ее сами и в нужной кондиции. Но даже сильно забитое народом помещение не заставило отвернуться от любимого заведения в сторону конкурентов, ведь на то оно и любимое. Главное не зависать на пороге, протиснуться среди сдвинутых столов и стульев, миновать тех, которым приспичило потанцевать, а пропустить пару кружечек чего-нибудь можно и стоя. Впрочем, после преодоления толпы страж был вознагражден вначале свободным местом у стойки, а затем и целым столом у окна, который только что покинула быстренько собравшаяся компания.
Брезгливо поморщившись на вина в меню и немного позеленев при взгляде на что-то покрепче, Ден остановил выбор на старом добром – вернее, свежем, но от того не менее добром – пиве и тарелке копченостей, вяленостей и прочего, что так хорошо грызется с пенным. И, пожалуй, вот в такие моменты тебя тоже настигает ощущение праздника, когда за окном сыпется снег, а ты в теплом помещении, руки тебе холодит стакан темного и пенного, толпа вокруг гудит о чем-то своем. И даже вон та светлая, что катается по замерзшей луже в рваных ботинках и вообще внешне очень напоминает какого-нибудь Оливера Твиста, тоже способствует созданию очень уютной атмосферы. Ну, в самом деле, что может сейчас пойти не так?

+4

3

Клод не особо любил Рождество и Новый год. Суета, толкотня, непомерно раскрученный ажиотаж – все эти подарки, которые необходимо купить, бесконечное динь-динь-динь изо всех динамиков, завышенные ожидания чуда, от которых окружающие потом скатываются в депрессии – это не для него.
Зато, с другой стороны, хорошо для бизнеса.
Все сразу вспоминают про родителей, сестёр-братьев, подруг-друзей, и озадачиваются вопросом, чем их одарить. Бегают по магазинам, причём по всем подряд, скупая то, что в нормальном состоянии и не подумали бы приобрести.
Как владелец лавки, де Фе праздники очень даже приветствовал, выставил по такому случаю вперёд самые дорогие зелья, в тех флаконах, что выглядят загадочно и благородно, амулеты тоже передвинул не в порядке значимости, а по качеству материала – всякие золото-серебро с камнями на первый план, и ничуть не пожалел о потраченном времени – выручка была очень и даже очень приличной.
Но всё хорошо, что вовремя заканчивается, а то Клод уже подустал улыбаться, отвечая на идиотские вопросы, и укутывать вещи так, чтоб хоть отдалённо напоминало подарочную упаковку. С бантами. С бантами, Сена их утопи!

После праведных трудов следовало хорошенько отдохнуть. Выпить, послушать хорошую музыку, в приятной компании, расслабиться. Для чего же ещё бары существуют, правильно?
Однако планы – это одно, а как в жизни обернётся – это совершенно другое.
Сначала под ноги де Фе выскочила из подворотни кошка – абсолютно чёрная, тощая и всклокоченная. Обшипела и умчалась в неизвестные дали. Как истинный галантный кавалер, Клод подождал, пока идущие позади него леди, первыми пересекут зону «сглаза»,  но с пути не свернул, упрямо намереваясь посидеть со стаканом чего-нибудь за стойкой.
Но чёрная кошка – это же верная примета, как ни крути!
Уже когда француз взялся за ручку бара, в кармане раздался звонок телефона, возвещавший о том, что с ним хочет пообщаться сестра.
- В каком ты баре? – третий раз переспрашивал он, выслушав горестное повествование Эмили о том, что она уже добралась до места, когда подруга-знакомая, с которой они собирались встретиться, позвонила и дала «отбой» И теперь сестра сидит одна в баре, полном неотёсанных мужланов, (стражей, не иначе), уходить не хочет, потому как заказ сделан, но чувствует себя не очень уютно.
Переспрашивал и рассматривал вывеску над головой.
Точно плохая примета – из всех баров в округе они с сестрой выбрали один и тот же. И ведь не скажешь, что он далеко и прийти не сможет – через стеклянные двери и огромное панорамное окно всё отлично видно.
- Я совершенно случайно проходил мимо, - вздохнул Клод в телефон, - сейчас буду возле тебя.
Ну всё, планам Adieu! Как можно знакомиться с девушками, когда возле тебя уже сидит одна?
Не будешь же предварительно объяснять, рассказывать, что сестра.
- Локти держи при себе, - оттолкнул какого-то мужика, что устраивался на табурет с пивом и оглянулся в поисках Эмили. Многолюдно сегодня, однако.

Отредактировано Claude de Faye (2017-12-15 02:12:21)

+4

4

Вообще-то Эмили была не из тех, кто приходит в бар и напивается вусмерть, когда настроение дурное. Эмили уж скорее была из тех, кто купит себе пятьдесят штук любимых пирожных и будет грустно их жевать, завернувшись в плед и глядя в окно на полную безысходности серую реальность. Но для тех, кто не следит за приключениями Эмили в Арденау, напомним - во всем этом английском городишке было не найти приличных пирожных, а сперва печь пятьдесят пирожных самой, чтобы их потом грустно жевать - это уже какой-то гротеск получается. Опять же, подруга, которой случилось недавно у Эмили переночевать, коварно прихватила с собой любимый плед, поэтому заворачиваться оставалось только в одеяло, а Эмили, при всех своих скромных размерах, переставала влезать на широкий подоконник, когда заворачивалась в одеяло. Да и за окном была хоть и серость - когда же в Англии бывала приличная погода, тут вечно серость, сырость и никакого солнышка! - но серость по меркам Арденау вполне приличная. Одним словом, провидение явно не хотело дать Эмили хоть один приличный способ впасть в уныние и депрессию.
Не то, чтобы Эмили так уж рвалась впасть в это самое уныние.
Но плед у подруги забрать было просто необходимо.
Они договорились встретиться в баре. Очевидно, в этом была какая-то тайная английская традиция - передавать плед из рук в руки только в баре. А возможно, дело было в том, что подруга последние три месяца талдычила о том, как важно вовремя найти настоящего мужика, который сможет забить гвоздь и обеспечить личное счастье. А в баре будет много потенциальных забивателей гвоздей и виртуозов организации женского счастья. Так что отчего бы не совместить важное (передачу пледа) с полезным (мужчинами)?
Сама Эмили сейчас уж точно не нуждалась в мужской компании. Съездила тут недавно на Рождество в Норвегию с мужчиной, память до сих пор отказывалась признавать все произошедшее за реальность. Но не обижать же подругу.
Подруга позвонила, когда Эмили уже устраивалась за барной стойкой, с некоторым изумлением оглядывая бар. Соотношение мужчин и женщин напоминало суровую демографическую ситуацию в Китае - женщин было мало и по большей части они были кривоногие. Эмили с ее прямыми ногами было откровенно неуютно - настолько неуютно, что она заказала сразу три дайкири (на себя, на подругу и для успокоения нервов). Бармен посмотрел на Эмили с явным осуждением - мол, явились тут буржуи в нормальное пролетарское заведение, вместо отечественного пива заказывают заморскую отраву. Эмили мрачно приподняла бровь, бармен сменил выражение лица на неприкрыто хамскую ухмылку и отошел готовить заказ. Эмили еще более мрачно приняла входящий звонок и выслушала душещипательную историю о том, как подруга шла по улице, споткнулась, ее поймал очень галатный принц в белой куртке, транспортировал ее в госпиталь и "ой, Эми, пожалуйста, давай в другой раз, тут такой случай!".
Заметим, поводы впасть в уныние уже появились, а пледа все еще не было!
Эмили снова огляделась. Осознала дальнейшее развитие этого дня. Сейчас она выпьет все три коктейля и двинется домой. По пути обо что-нибудь споткнется, уронит чью-то кружку с пивом и, вероятно, кого-то обольет. Этот кто-то по законам всемирной несправедливости окажется в четыре раза выше, толще, с окладистой бородой и твердым намерением получить свою компенсацию. Вполне вероятно, получить ее захочет натурой. Эмили начнет защищаться, в процессе разнесет весь бар, ее арестуют и на работе сделают суровый выговор за хулиганство и неприличное поведение.
Мда.
Так себе будущее.
Взгляд упал на один из дальних столиков. Там сидел Ден. Ну да, тот самый Дениел Девидсон, который здесь не мог сидеть, потому что это было бы чисто книжного толка совпадением. Стало быть, он ей мерещится. Дожили. Вот только галлюцинаций ей и не хватало.
Пришлось звонить Клоду. Ну кому еще звонить, когда все на свете идет не так? Правильно, родному брату. Уж он-то как-нибудь сумеет сделать так, чтобы от невезения Эмили не все кругом пострадают. Может, у него даже при себе найдется какое-нибудь зелье от галлюцинаций.
- Клод, я здесь! - махнула рукой Эмили, завидев знакомую физиономию. - У тебя есть что-нибудь от мерещащихся... ээээ... в общем, от галлюцинаций?
Хорошо махнула. Так качественно рукой махнула, что аккурат в этот момент принесенный дайкири был ловко сбит с барной стойки на чью-то одежду. Стекло звякнуло, Эмили резко вспомнила сказку о Снежной Королеве и понадеялась, что осколок никому не попал в сердце. Ото льда хоть появляются приличные качества - холодность, трезвость ума. А что появится у человека, которому в сердце попадет осколок от коктейльного бокала, было страшно себе представить.

+3

5

  Уж кто по-настоящему наслаждался проходящими праздниками, так это Росс. Да, пожалуй, он не сильно умел радоваться, веселиться и прыгать выше головы, так что по нему и не скажешь, но если вы знаете шотландцев, этих упертых и странных шотландцев, то вам следует знать, что внутри их эмоции больше, чем снаружи. Улыбка в стиле Джоконды вполне может оказаться признаком затаенного ликования, такого, что в пору плясать что-нибудь дикое и необузданное. И всего-то нужно было для счастья: немного снега, немного выходных после хорошей охоты, не слишком мало виски и маленькая такая, но греющая душу удачная месть. Поэтому, стоило на горизонте показаться "виновнику торжества" да скривить помятую физиономию на всю выпивку в баре, как настроение улучшилось вдвое, правда, тут же пошатнулось на скользких камнях отвращения. Ведь можно было и не видеть эту смазливую американскую морду в ближайшие двадцать четыре часа. Но почему-то все, почти все стражи, а то и законники, как один выбирают именно этот бар. И сегодня здесь даже слишком шумно. Росс недовольно поморщился, прежде чем сделать новый глоток, но тут же вынужден был признать, что выпивка в этом месте и вправду стоящая.
  А еще никто не пялится на тебя, как на диковинку с мыслями "о, страж" или "вот блин, страж", не то как на экспонат в музее, не то как на прокаженного, как это бывает в любом другом баре подальше от Арденау. В этом вашем Нью-Йорке, например. Есть все-таки плюсы в стражьем окружении. Во всей этой послепраздничной суете, которая может продолжаться бесконечно, пока магистры не разгонят всех по новых заданиям. Клинтон снова отправился бы в Африку, для примера, но не раньше, чем окончательно устанет от праздного безделья и чересчур знакомых лиц. Большинство которых не слишком любят его и не слишком нравятся ему, все честно, все взаимно. Торжество взаимопонимания.
  В общем, решив, что выпил достаточно, Клинтон оторвал свою задницу с насиженного стула, с точностью до миллиметра водрузил опустевший стакан на то же место на барной стойке, что и несколько раз до этого, за новой порцией скотча. Где-то в этот момент ему пришла в голову мысль, что бутылка была бы даже лучше, и при повторном обдумывании мысль не показалась ему плохой. А через пару мгновений она показалась и вовсе на грани гениальности, когда он едва отвернулся от стойки: с легкой руки брюнетки, которой он поначалу и не рассмотрел, чей-то коктейль забрызгал рубашку Росса, и его собственный стакан растерял содержимое. Запах рома ударил в нос. Дайкири. Клинтон поморщился, за секунду теряя все свое радостное настроение. Выражение лица при этом не сильно изменилось, но наблюдательные могли бы распознать раздражение и искры гнева в глубине зрачков. Шотландец удержал себя в руках - и на ногах тоже, хвала небесам, почти никого не задел из близ стоящих. С немым вопросом "кто посмел задеть царя" и деланным спокойствием стряхнул с рубашки и с руки липкие капли спиртного, допил остатки виски на дне стакана и развернулся обратно к бармену.
  - Давай всю бутылку, - все к одному, терять уже нечего, и лишней полусотни фунтов не жалко. Когда он обернулся, облитый и растрепанный, со сверкающим над кривым носом черным взглядом, чисто черт, этот взгляд искал в толпе того, о кого эту бутылку можно было бы разбить. Чего Росс, конечно, делать не будет, хотя... О, а вот и он. - Прошу прощения, мисс, - сквозь зубы прошипел он обидчице, которую почти вспомнил, - Эмили, да? Allons-y, Emily, - зачем-то подцепил ее под локоть и направился вместе с ней к дальнему столику, где пили пиво.
  - Эй Денни! - Денни, кажется, неплохо проводил время до сего момента, слишком неплохо. Росс презрительно поцыкал, взглянув на его выпивку: - Денни... Что, все кроме пива для тебя слишком крепкое? Кстати, как тебе в Сараево, понравилось? Жаркое местечко, - он сделал глоток из бутылки, смакуя неразбавленный виски и не сводя взгляда с давнего соперника. А эта бутылка точно стоила своих денег. И жаль, ох как жаль, что никто его вовремя не остановит.

+4

6

Разбитые стаканы в переполненном баре совсем не неожиданность. Скажем прямо, это совсем не неожиданность даже в полупустом баре, да и в абсолютно пустом тоже, особенно если завелся проказник. На эти звуки вообще можно было бы не обращать внимания и продолжать потягивать содержимое стакана, наслаждаясь отдыхом. Дениел зачем-то повернулся на звук и сразу понял, что это разбился вовсе не стакан. Просто с этим звуком разбились все планы, надежды и чаяния хорошо провести вечер.
- Вам всем тут медом намазано, что ли…- тихо пробормотал он, понимая, что его-то самого заметили уже давно.
Ну, что за деревня Арденау?! Почему, стоит куда-то пойти, так тут же тебе встречаются знакомые, при этом знакомые, которых ты был бы рад не видеть, ну, примерно еще никогда. Да, никогда было бы просто отлично. Нет, против общества законницы страж не возражал, все равно одному сидеть скучно, а так хоть знакомая компания была бы. Но вот Росс. И что за дела у Эмили с этим типом? Она опрокидывала на него коктейль по долгу службы? Законники снова решили его потрясти на момент очередного убийства светлой? Или, судя по его реакции, он уже привычный? Или он пришел выгулять свою девушку в бар и угостить парой коктейлей? Сейчас еще, поди, разборки устроит про Норвегию. Ден невольно провел рукой по колючей щеке - бритье сегодняшние банные процедуры как-то в себя не включали - пока глядел на приближающуюся парочку, и выражение его лица становилось все более кислым. Пожалуй, поставь рядом кадку молока, и он смог бы угостить подошедших брагой. Впрочем, Клинтон и без браги был уже хорош, раз решил, что стаканы слишком его стесняют и можно продолжить хлебать из бутылки.
- Привет Эмили,- расплылся в улыбке Дениел, как обычно, по привычке, поставив ударение на первый слог, а не на последний.
Здороваться с шотландцем Девидсон и не думал, говорить о пиве или любом другом напитке тоже. Разве что поморщился на столь ненавистное «Денни». Но вот…
- Откуда ты…?- начал, было, страж и замолк. Озарение в голове звякнуло на манер микроволновки и некоторые детали прошедшего задания обрели смысл. Откуда бы кому-то знать, куда там ездил страж и откуда только что вернулся? Разве что шотландец сам был к этому причастен. Опять.- Ах ты говнюк!- моментом взвился Ден, едва не опрокинув свой стакан с остатками темного хмеля на дне.- В чем дело, решил, что меня прикончит какая-то там Босния?! Да черта с два! Как на курорт съездил!- вообще-то все еще ноющие ребра могли бы поспорить с этим утверждением, но кто же будет слушать ребра?- Может, лучше расскажешь, как тут твои дела, пока меня не было? Расскажи про свою компанию. Что еще такого ты натворил, что законники за тобой аж в бар ходят пасти?
Девидсон не сводил со стража взгляда, чувствуя, как внутри все закипает. От привычного улыбчивого и веселого американца не осталось очень и очень не много. Дена бесило в Клинте решительно все. Его манера говорить, манера вести себя, манера себя подавать, его бесконечное высокомерие и вечное спокойствие, будто происходящее вокруг движется по написанному им сценарию. Но все это можно было бы пережить, перетерпеть, скрыть за извечной улыбкой и глупыми шуточками. Вот только немного мешала ненависть к этому человеку.
Но Арденау не был бы деревней, если бы сегодняшняя встреча ограничилась лишь двумя знакомыми людьми.
- Ты?!- рыкнул Дениел на подошедшего к ним, и на этом его словарный запас закончился. На какое-то время.
Ну, кто бы мог подумать, что тип, подсунувший ему когда-то вместо приличного артефакта какой-то жалкий ширпотреб, зайдет именно в этот бар. Именно сегодня. Именно к этому столу. Кстати, что ему вообще нужно у этого стола? Ладно один, пьянь, решил позлорадствовать, но второй-то чего приперся?
- Пришел ворованные деньги пропивать?! Или твоего говна больше никому не надо, так что ты теперь пешком всем впариваешь свое барахло?!
Что ж за жизнь такая, то темные табунами встречаются, то все мерзкие типы города к твоему столу сбегаются, осталось только, чтобы еще и законница что-нибудь сейчас предъявила. Надо заметить, что ситуацию не улучшало не общее веселье, царящее в баре, ни зажигательные танцы, которые в дальнем углу начали уже на столе, ни веселый перезвон бубенчиков от, почему-то рождественской, песни, звучащей из динамиков. Но развернуться и молча уйти Дениелу что-то не позволяло. Наверное, выпитое пиво.

+3

7

- Ты хочешь что-то увидеть или развидеть? – улыбнулся Клод, добравшись наконец-то до Эмили и пытаясь в толчее сестру полуобнять. Не улыбаться, видя её, не получалось, даже если буквально несколько минут ранее он и ворчал, что родственница подрубила его планы на буйный вечер под самый корень. Это же была Эм, развивающая сразу несколько мыслей в совершенно противоположных направлениях, снисходительно взиравшая на всех вокруг, словно ей одной был известен секрет мироздания, прописанный между строк рецепта пирожных, и… что тут ещё объяснять?
Впрочем, улыбался он от уха до уха ровно до того, как раздался мелодичный стеклянный звон, пропевший над ухом: «а не расслабляйся!»
Если до момента встречи с сестрой Клод считал, что вечер не задался, так это он ещё был полон радужных надежд и ожиданий.

То, что бокал с коктейлем в руке Эм приказал долго жить, это пустяки, дело житейское, де Фе привыкший. Никому спиртное не попало в глаз, чтобы нещадно печь, осколки не поранили ничьих небритых рож, хотя Клод не особо сочувствовал бы, а самое главное – сестра цела и невредима.
И отвлёкся-то он всего на пару секунд, чтобы выхватить салфетку из подставки, стряхнуть с рукава остатки дайкири, как сестру довольно бесцеремонно подхватил под локоть незнакомый тип.
Знакомства у младшей де Фе по работе случались самые разные, поэтому Клод научился сдерживаться и не реагировать незамедлительно, а вдруг сослуживец, напарник, или, как там они назывались, стражи, которых ей приходилось проверять? Без разницы, в принципе, нужно досчитать хотя бы до пяти, прежде чем бить в неприятную физиономию.
Впрочем, тут он даже не успел уточнить у сестры, знакома ли она с волочащим её типом, как тот налетел на своего знакомца, сразу вступая в увлекательный диалог.
Ну, из тех, что всегда поддатые мужики в баре заводят: да ты, да я, да у меня…!
Чувство собственного превосходства, французского разлива, помноженное на неискоренимое чувство ехидства, сдержало де Фе от немедленной раздачи радостных приветствий.
Он лишь сжал пальцы  у типа на запястье, вкладывая кроме физической силы немного от колдовского дара, заставляя сестру отпустить и сразу же оттёр Эмили в бок.
- Только не говори мне, что ты с кем-то из них хочешь пообщаться, - кивнул он сестре. - Я буду чертовски разочарован. Один пьёт прямо из горла, второй настолько туп, что даже инструкцию прочитать не может.
Из трёх пунктов! Как работает, почему работает и на каком расстоянии.
Для пущей убедительности он по очереди разгибал пальцы перед лицом знакомого стража, с которым не первый раз препирался по данному вопросу. Что ж поделаешь, если некоторые представители рода человеческого настолько ограниченны, что могут справиться с предметом только если у него есть кнопка. Желательно красного цвета и с надписью «включать отута», а иначе никак.

- Счастливо оставаться, господа.  Эмили, ты за коктейли рассчиталась? Мы уходим.
Клод счёл, что самое время включить «старшего брата» и забрать сестру на свежий воздух, ясно же, что здесь спокойно посидеть не удастся. Вот только в пылу увлекательной беседы он  ненадолго забыл, что стоит то в шаге от Эм!
Врождённая удача сестры осенила его в момент разворота, Клод потерял равновесие, и пытаясь ухватиться за стол, локтем наподдал агрессивному типу, выпивка из бутылки которого щедро плеснулась в направлении Девидсона.

Отредактировано Claude de Faye (2018-01-10 00:59:13)

+3

8

Знаете, что паскуднее английского произношения французских имен? Английское произношение их с шотландским акцентом. Шотландцы вообще какие-то на голову стукнутые - такое ощущение, что они и в самом деле пытаются прочитать именно те буквы, которые написаны, а не те, что предками подразумевались, когда слово придумывалось. Никакого доверия шотландцам быть не может.
Если бы Эмили целилась, она бы, конечно, никогда не стала сбивать дайкири на шотландца. Ладно, она вообще была хорошей девочкой и не стала бы вообще никого обливать спиртными напитками без серьезного повода. Но невезение, как обычно, забыло поинтересоваться тем, что хочется самой Эмили. Дайкири оказался аккурат на шотландце. И ладно бы невезение на этом свою работу завершило, но нет - дайкири оказался аккурат на Клинтоне Россе. Том самом шотландце, открывшим Эмили глаза на то, как паскудно звучат французские имена вообще и ее, Эмили, имя в частности, когда их произносят с богомерзким шотландским акцентом.
Наивно было бы ожидать, что Клинтон удовлетворится извинениями. Хотя Эмили уже начала извиняться. Уже первое слово сказала. Ну не слово, так звук. Ну не сказала, так подумала, но важно же намерение! Только к тому времени, как намерение уже приготовилось перейти в действие, Клинтон уже подхватил ее под локоть (их там в их Академии вообще не учат дам транспортировать?! Синяк же останется, к гадалке не ходи!) и потащил куда-то.
Конечно, бравым законникам не полагается пугаться. Эмили вот ни чуточки даже не испугалась. В конце концов, ну что этот мужик выше ее ростом, сильнее физически, с паскудной шотландской физиономией и отсутствием ограничений на причинение вреда женщинам, может ей сделать? И вообще, у нее тут где-то старший брат есть, он, как в детстве, может налететь на обидчика и за уши оттаскать. Правда, в детстве драка была куда менее опасной, чем сейчас, во взрослом состоянии, когда каждый из дуэлянтов и в одиночку-то прекрасно может разнести весь этот бар, а уж вдвоем... И в детстве мог прийти чей-нибудь отец, разнять драчунов, а дома мама всем выдаст по мороженому. И Клоду, потому что у него синяк и ссадина, и Эмили, потому что она переживала, а много переживаний для девочки вредно, от этого бессонница и неврозы. Сейчас, как подозревала Эмили, никто ей мороженое не даст.
Транспортировалась Эмили со всем возможным достоинством. Достоинство, когда тебя тащат через толпу не вполне трезвых, а иногда и не вполне мытых мужиков, соблюдать не очень просто, но мы вас уверяем, что никакая девушка не справилась бы с этим лучше, чем Эмили. И когда ее дотащили до Дениела Девидсона (да что ж в этом Арденау все такие неприлично знакомые-то, не мог притащить к кому-нибудь другому?!), она представляла собой воплощение изящества и женской красоты. А что волосы растрепаны и локоть болит - ну чего на свете не бывает.
- Угу. - мрачно и все с тем же достоинством кивнула Эмили. - Мсье Росс, отпустите меня немедленно, пока кто-то о нас что-то нехорошее не подумал.
На слове "кто-то" она зачем-то зыркнула на Дениела, словно подозревала, что первый кандидат на нехорошие мысли - именно он. Он вообще постоянно невесть что о ней думает! И, что особенно возмутительно, думает, но не озвучивает. Хотя мог бы и озвучить, потому что ей, Эмили, абсолютно все равно, что он там себе навоображал. Она о нем, между прочим, вообще не думает!
Впрочем, долго не думать о Дениеле не получилось - он внезапно как взвился, как потерял свою постоянную раздражающую улыбку, Эмили чуть не попятилась от такого бурного выражения эмоций. Вот только пятиться было некуда, а держали ее крепко.
- Отпусти, говорю, разбирайтесь со своей Боснией сами! - зашипела Эмили, дергая руку на себя.
Раз дернула, второй дернула, на третий удалось. И не надо думать, что у Эмили сил прибавилось, вовсе даже нет. Просто на помощь пришел брат, как и было обещано в предыдущей сцене нашей пьесы. И Арденау резко оказался еще большей деревней, чем прежде - Клод тоже оказался знаком с Дениелом.
Эмили укоризненно уставилась на потолок, словно надеясь, что Всевышний увидит и усовестится. Ну должен же быть предел неудачности вечера?
- Он не... они не... - врожденное чувство справедливости попробовало было вякнуть, но быстро заткнулось. В конце концов, Эмили и правда ни с кем из этих стражей общаться не хотела. Вообще от стражей лучше держаться подальше, от них сплошные неприятности. Несобранные агрессивные грубияны, вот они кто.
- Да, я уже... - и тут аттракцион "французы мочат стражей" продолжился. В прямом смысле, в этот раз какой-то алкоголь выплеснулся аккурат на Дениела. Ему, конечно, полезно бы остыть, но навряд ли жидкость на физиономию сильно помогла.
Эмили поняла, что пришло время действовать. Дерущиеся мужики - дело опасное, а миротворцем здесь могла быть только она.
- Давайте все разойдемся мирно и подушевно. - провозгласила Эмили и попыталась влезть между всеми тремя.
Нет, нельзя сказать, чтобы не получилось. Получилось. Только пока влезала, отдавила кому-то ногу, заехала кому-то локтем в живот, а потом кто-то кого-то толкнул и чьи-то руки (боже, никогда не деритесь в переполненном баре, это как групповой секс в обычной ванне - никакого места не хватает!) оказались на таких частях тела Эмили, которые в подобной ситуации никак не должны были оказаться облапанными.
- ХАМ! - громогласно возмутилась Эмили и, не разбираясь, кто ее так, от души пнула обладателя рук. Ну или не его. Неудобно, понимаете ли.

+2


Вы здесь » Actus Fidei » Aeterna historia » Кто на новенького?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC