Добро пожаловать на ролевую Actus Fidei!

Где смерть не является концом, где существуют души, стражи и законники, ведьмы и клирики. В мире временами начала пропадать магия, доставляя всем массу неприятностей. И происходит это обычно в самый неподходящий момент, когда ты пытаешься отправить беса или тёмную в преисподнюю. Почему это случается - предстоит узнать.


Место действия: Арденау, осень-зима 2017-2018 г.г.

сюжетзанятые имена и фамилии
шаблон анкетыправилахотим видеть
персонажиматчастьвнешности
НЕ ВИЖУ ЗЛА
Rhiannon McCécht

НЕ СЛЫШУ ЗЛА
Rafael Cromwell

НЕ ГОВОРЮ ЗЛА
Matt Constantin

В общем и целом, Маккарти хватило трех минут в обществе просветленного и обновленного Прескотта («Мира, а к нам в участок твой брат не заходил случайно? Церковью что-то повеяло от этого мирского…»), чтобы испытать те же чувства и осознать, насколько пустой стала голова. [продолжить]



Вверх страницы
Вниз страницы

Actus Fidei

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Actus Fidei » Aeterna historia » Long Way Home


Long Way Home

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

https://i.imgur.com/vdRviKZ.gif https://i.imgur.com/zyYuI9y.gif
https://i.imgur.com/97OTj1P.gif https://i.imgur.com/2h0iTnh.gif
Derek Fiechter - Pharaoh Ramses II; Othman Al Rashidi - I came to know love
Long Way Home
Ali Farzan, Elsa Chambers
март 2018 года; Хорремабад, Иран;
Воспоминания бывают очень болезненными, но с ними приходится мириться, ведь невозможно укрыться от своих же ошибок. Когда память вернулась к Али, он понял это как никогда отчетливо. И дабы найти мужество столкнуться с прошлым, ему жизненно необходима была чья-то поддержка. Поддержка человека понимающего и любящего.
Раздумывая совсем недолго, господин Фарзан обращается к мисс Эльсе с весьма необычной просьбой, в которой она ему также даже не подумала отказать.

+3

2

Такси везло мисс Чэмберс к аэропорту. Она смотрела в окно и почему-то раз за разом прокручивала в голове одну и ту же фразу. «Прошлой ночью мне снилось, что я вернулась в Мэндерли», - вроде бы, где-то женщина слышала это, одна из самых известных фраз современной английской литературы. Так это или нет, Эльса не смела утверждать с полной уверенностью, но некогда загадочное и таинственное начало романа «Ребекка» загипнотизировало ее. Теперь же она не могла при всем желании припомнить детали книги, помнила только общую сюжетную канву и завораживающие слова: «Прошлой ночью мне снилось, что я вернулась в Мэндерли». Они ассоциировались у нее с чем-то тяжелым, неясным и оставшимся за спиной и с неизбежным пробуждением. Может быть, именно из-за грядущего пробуждения женщина и повторяла про себя эти неуловимо важные слова: «Прошлой ночью мне снилось, что я вернулась в Мэндерли». Но от чего она, и без того бодрствующая, должна была очнуться, как ото сна, мисс Чэмберс не отдавала себе отчета. От предыдущей жизни? Ее же всегда все устраивало, она жила так, как считала нужным и правильным, не испытывала лишних тревог и волнений и была уверена не только в завтрашнем дне, но и в следующем за ним. И почему что-то должно измениться? Ведь ровным счетом ничего неординарного не случилось и даже не предвидится в каком-либо обозримом будущем – даже к гадалке ходить не надо.
Пожалуй, женщина не была откровенна с собой до конца. Да что там! В ту конкретную минуту она совсем не была с собой откровенна. Незыблемость завтрашнего дня и дня, следующего за ним, по правде говоря, никогда не делала ее счастливой, а неординарное все-таки происходило; и от странного финта, которого Эльса от себя не ожидала, у нее бешено колотилось сердце.
Перед глазами вместо урбанистического пейзажа, проплывающего за покрытым моросью окном, возникла Айша. Чэмберс очень хорошо помнила выражение лица сестры в тот момент, когда она спросила, нет ли у той возможности по рабочим каналам пробить срочную визу в Иран. У Ай задрожали и приподнялись брови, и, прежде чем отрицательно покачать головой, она невольно спросила: «А тебе зачем?» Ответ: «Я хочу помочь одному своему пациенту…» - законницу изумил еще больше, не удовлетворил и вообще заставил сильно напрячься. Сидящая напротив нее светловолосая женщина попыталась объяснить, что это просто почему-то очень важно, и говорила еще что-то про глаза. Да. Точно, про глаза.
Вообще самым приятным моментом в практике Эльсы всегда была та минута, когда пациент открывает глаза. Обыкновенно, когда взгляд становится осмысленным, в глазах подопечного читается боль, которая не сдается без боя, но все равно со временем отступает. Однако в тот самый первый момент, когда глаза открываются, в них загорается искорка счастья и облегчения: «Я жив». В глазах отца Босси, позже попросившего записать его как Али Фарзана, не было ни счастья, ни облегчения. В глазах отца Босси была звериная тоска, кольнувшая врача в самое сердце и не выходившая у нее из головы. Может, поэтому она заглядывала к нему чаще, чем к любому другому пациенту. Может, еще потому, что его в принципе навещали реже, чем остальных. К клирику заходили только его друзья, но торчать в больнице постоянно инквизиторы с их плотным графиком избавления мира от скверны и демонических отродий не могли физически. Впрочем, отчасти Эльса заглядывала еще, чтобы проверить эмоциональное состояние больного, чувствуя себя ответственной за то, что повелась на уговоры священнослужителей, оформила их коллегу не как суицидника, а как жертву дьявольских происков, и не передала его в психиатрическое отделение, где ему точно помогли бы гораздо лучше. Помогать, решила для себя доктор Чэмберс, должна она сама. И помогала, как умела, стараясь облегчить участь мистера Фарзана и дать ему хоть каплю человеческого тепла. Это, конечно же, было большой ошибкой с ее стороны, но поделать с собой женщина ничего не могла. Ее не понимала сестра, подруга и жених, а главное, она сама себя не понимала, но продолжала делать то, что делала. А теперь вообще вот ехала в аэропорт, где ее ждал человек, который по сути для нее был никем и для которого она тоже по сути никем не была. И столько сложностей было с этой дурацкой визой! У клирика таких проблем не существовало: дипломатический паспорт и связи снимали без особого труда большую часть вопросов. Но и ей повезло, не без помощи Мел, конечно. Как подруга добилась получения разрешения на въезд в Иран, против которого у нее, к слову, имелся ряд возражений, мисс Чэмберс не знала.
Она неловко потерла браслет наручных часов и в сто тысячный раз взглянула на циферблат: регистрация должна была начаться только через час, но женщине все казалось, что она страшно опаздывает. Но никуда Эл, конечно, не опаздывала, и очень скоро черный блестящий кэб припарковался у Хитроу. Таксист помог вытащить чемодан, и Эльса, подтянув выдвижную ручку, направилась ко входу. Под одним из табло ее уже ожидал прибывший в Лондон днем ранее араб. Он, одетый в штатское, не переминался с ноги на ногу, но вся поза его была напряженной, а взгляд – ищущим, словно мужчина опасался, что мисс Чэмберс не придет. Но она все-таки пришла, на ходу поправляя ремешок от сумочки, все норовивший свалиться с плеча.
- Добрый день, - протягивая для пожатия сухую прохладную ладонь, приветствовала его врач, впервые за два года ушедшая в отпуск. Рука у ее собеседника была горячая, а рукопожатие – уверенное и твердое. Ее жених – Пол – никогда не пожимал так рук. Честно говоря, он вообще избегал рукопожатий: он не был плохим или невежливым человеком, просто, как все хирурги, страдал завышенной самооценкой и мнительностью и опасался, что любое неловкое движение лишит его главного рабочего инструмента. Что там, Пол даже по дому ничего старался лишний раз не делать, чтобы ни в коем разе не повредить рук. Его сложно было даже заставить вынести мусор (а вдруг крышка бака хлопнет его по пальцам?), не говоря уже о том, чтобы забить гвоздь или собрать тумбочку. Эльсу это жутко раздражало, но она всегда ругала себя за это раздражение и призывала к спокойствию: действительно ведь руки его рабочий инструмент.
– У нас еще есть немного времени. Не возражаете, если мы выпьем кофе – нужно немного взбодриться с дороги, - неловко пожала она плечом и, заручившись согласием Али, направилась к ближайшему кафетерию, которых в здании было немало. Оставив чемодан у свободного столика, она сходила на кассу, заказала два больших Американо и вскоре вернулась к Фарзану, протягивая ему горячий картонный стаканчик. Расстегнув пуговицы на светлом пальто и устроившись на стуле лицом к табло вылетов, она сделала небольшой глоток и на долю секунды поджала губы.
- Честно говоря, я до сих пор не понимаю, что здесь делаю, - не глядя на собеседника, негромко заметила Эльса. – И не знаю, что могу сказать вашей семье и как, если… - она осеклась и, бросив быстрый взгляд на Али, исправилась: - когда мы их найдем. Не уверена, что буду полезнее в этом мероприятии, чем ваши друзья, у которых с поиском, наверное, дела обстоят гораздо лучше, или чем какая-нибудь ведьма с определенной специализацией, - сказала женщина, потирая шею – этот жест выдавал все ее волнение, хотя по выражению лица могло показаться, что она совершенно спокойна. – Я даже не спросила, какой у вас план. На меня это не слишком-то похоже.

+2


Вы здесь » Actus Fidei » Aeterna historia » Long Way Home


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC