Добро пожаловать на ролевую Actus Fidei!

Где смерть не является концом, где существуют души, стражи и законники, ведьмы и клирики. В мире временами начала пропадать магия, доставляя всем массу неприятностей. И происходит это обычно в самый неподходящий момент, когда ты пытаешься отправить беса или тёмную в преисподнюю. Почему это случается - предстоит узнать.


Место действия: Арденау, осень-зима 2017-2018 г.г.

сюжетзанятые имена и фамилии
шаблон анкетыправилахотим видеть
персонажиматчастьвнешности
НЕ ВИЖУ ЗЛА
Hannah Merton

НЕ СЛЫШУ ЗЛА
Robin Mitchell

НЕ ГОВОРЮ ЗЛА
Robert Braithwaite

Письмо из Арденау с приказом отправиться в США застало Ольгу в Томской губернии еще пять месяцев назад. Дорога до американского континента обещала быть долгой (снег уже лежал, а сообщение между редкими населенными пунктами можно назвать в лучшем случае ненадежным), однако война Севера и Юга не утихала, и в пылающих Штатах отчаянно не хватало стражей. [продолжить]



Вверх страницы
Вниз страницы

Actus Fidei

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Actus Fidei » Aeterna historia » .. и в избу горящую мы войдем


.. и в избу горящую мы войдем

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://33.media.tumblr.com/90af7ff195919320fc57b2827467189b/tumblr_nfsrf7PNZs1qe2thio1_500.gif
Skit & Tijani – Sweat
коня на скаку остановим..
Jo|| Fili
сентябрь 2016
с женщинами лучше не шутить. у них обязательно под одеждой спрятан кинжал, а то и топор.
с женщинами лучше разговаривать ласково.
кто знает, что у них на уме?
стражи безумны, в их крови слишком много огня.

+1

2

Долговязый усатый пижон казался Йоханне смутно знакомым. Кажется, ей доводилось встречать его раньше, лет пятьдесят назад или же, что более вероятно, то был его дальний родственник, а этот презрительный взгляд передается в их роду по наследству или в целом присущ всем представителям так называемого английского аристократического общества. Ни клинок стража, ни угроза темной души не помешали хозяину конюшни возмутиться внешним видом и манерам девушек. Здесь разводят и готовят скакунов, участвующих в королевских скачках, подумать только, а эти невоспитанные  представители Братства //обители варваров//, мало того, что щеголяют в брюках, так еще и не позаботились о шляпках и перчатках. Ханна не отказалась бы от перчатки, чтобы изысканно отхлыстать пижона по щекам, но будучи женщиной взрослой и разумной, она давно научилась игнорировать все раздражающие аспекты, нередко сопутствующие ее работе.
Россини восприняла полученное задание с куда большим энтузиазмом, но Йонна догадывалась, что страж больше хотела поглазеть на лошадей, а темный – лишь небольшая помеха на пути к породистым скакунам.  Здесь, в частном поместье на окраине графства, время будто остановилось и мужчины в высоких черных цилиндрах, нарядившиеся не пойми по какому случаю, только  прибавляли антуража. Цыганке и самой было интересно оказаться в таком месте, все же загоны, лошади, аристократия и выражение лиц у всех такое, будто от конюшни несет не конским навозом, а лилиями. По мнению Йоханны и то и другое смердит просто отвратительно.
Ваша лошадь пострадала, — сказала страж, констатируя факт. Без сожаления в голосе, без единого намека на извинения. Напротив, Йоханна ждала благодарности за проделанную работу, но трезво оценивая ситуацию, глядя на мужчин с лоснящимися лицами, которые, несмотря на свой статус и такую маниакальную приверженность манерам, вели себя достаточно грубо. Их высокие черные цилиндры куда-то подевались, ровно как и пиджаки. Жилетки были расстегнуты, рубашки мятыми краями выбивались из брюк. Перед Ханной стояли отнюдь не сливки высшего общества, скорее его осадок. Мутные субъекты, азартные игроки, для которых лошади не больше чем товар и способ заработать.
Тупые суки. Убирайтесь прочь! — Самый грозный из собравшихся навис над девушками.  В отличие от остальных, приехавших сюда ради наживы, он приехал из любви к кровопролитию. Не сложно было догадаться, что все эти мужчины ожидали представления, показательной схватки. Но стражи справились со своей работой быстро, аккуратно и с холодной расчетливостью. Никаких специальных эффектов, никаких выкриков при создании знаков, будто в большом теннисе. Очевидным было и то, что мужчины делали ставки. Азартны даже тогда, когда их жизни грозит опасность. Но никто не пострадал, кроме лошади. Красивой и наверняка безумно дорогой. — Пристрелим тварь.
Йоханна не сведала в ветеринарном деле и не придавалась чрезмерной сентиментальность, не отличалась особой жалостливостью в братьям наши меньшим, но даже ее возмутил тот факт, что из-за простого ранения, вполне совместимого с жизнью, несчастную лошадь пристрелят. Из-за какой-то царапины на ноге. Да, быть может, этот инцидент повлияет на авторитет лошади как скакуна, но неужели у такого богатого дома не найдется места и ресурсов для того, чтобы содержать бывшего чемпиона.
Да тебя самого следует пристрелить, урод паршивый, содомит проклятый! — В отличии от своей напарницы, Влад очень любил животных. И, несмотря на то, что цыган погиб под копытами, светлая душа не перестала любить лошадей.

Мы не станем этого делать, Филипа! Фил! Черт возьми, Филипа, вернись! No, non lo faremo! —  Но итальянку было не остановить. С грацией присущей разве что кошке или человеку, которого в любой момент могут подстрелить, Россини пробиралась в сторону конюшни, иногда замирая, будто прислушиваясь, иногда ныряя прямо в куст, не задумываясь, что может таиться в его ветвях. Цыганка пробиралась следом, пусть с меньшим энтузиазмом, но не менее осторожно. Ханна не заподозрила неладного, когда Фил согласилась отступить. Просто уйти, не нарываясь на скандал, без драк и обид, позволив хозяевам решать судьбу своего подопечного. Но стоило девушкам покинуть территорию поместья, темноволосая остановилась и выпалила «мы украдем коня!».
Воровать коней. Фу, как стереотипно, как избито и даже немного оскорбляет ее цыганские чувства. Но бросить подругу одну в таком непростом деле, да еще и когда та настроена так решительно, даже своенравная Йоханна не могла себе такого позволить. А вот Влад был в восторге, он буквально светился и окажись поблизости люди с Даром, давно бы заметили неуклюжего бородатого цыгана, перескакивающего через забор на манер героя из шпионского боевика.
Как мы собираемся это сделать? — Вполне логичный и действительно важный вопрос. — И не смотри на меня так. —  Если она цыганка, это еще не значит, что она знает, как воровать коней. Или же знает? Вот Влад точно знает и, быть может, впервые за долгое время он окажется действительно полезным. Сомнения одолевали Ханну ровно до тех пор, пока она не увидела лошадь. Несчастная лежала поваленной на бок и тяжело дышала. Ее палачи в это время распивали в доме очередную бутылку чего-то неимоверно крепкого и дорогого. Для храбрости, наверное.

Отредактировано Johanna Heissmeyer (2017-11-05 01:34:54)

+2

3

Любопытство порой превышало ее здравый рассудок. Россини, с высоты своих прожитых лет, не особо интересовалась окружающим ее миром. Привычно располагая временем и слишком долгим жизненным циклом, она с уверенностью шагала по отведенному ей пути. Очередное задание? Что нового, оно может принести в ее далеко не разнообразную жизнь? Ее спутницей является очаровательная собеседница и они переговариваются о всяких мелочах, прежде чем снести с лица земли темного и продолжить свой путь домой. Единственное, что ее порадовало - наличие невероятно красивых животных поблизости. Лошади, запах сена и почему-то теплого молока, просто сводил ее с ума и Россини неоднократно возвращалась в излюбленные места, чтобы хоть немного побаловать себя таким окружением.
Сегодня видимо звезды сошлись не в тот ряд, раз поблизости оказалось слишком много раздражающих боровов. Брызгая слюной, чуть ли не калеча собственную грудную клетку, каждый из "умников", доказывали свою точку зрения на данные обстоятельства. Честно признаться, Фили готова была разорваться в благом мате, самого заправского рыбака, чтобы заткнуть за пояс каждого, кто смел открывать свой поганый рот. Йоханна подпитывала ее спокойствием, но не могла удержать буйный нрав. В ее голове слишком быстро складывался план действий и женщина лишь кивала головой. Будет день и будет пища, отойдут эти свиньи и Россини применит все свои навыки, для того, чтобы сделать жизнь этого животного куда лучше. И пусть хоть кто-то попробует ее остановить.
- Я могу заплатить за лошадь.
Ее спокойный и слишком ровный голос врывается в их разгоряченный спор. Она вызывает только смех и презрение. Кто она такая, чтобы спорить с мужчинами, специалистами. Судьба решена - проваливайте. Вот и весь сказ.
- figlio di una cagna
Цедит она сквозь зубы, а Влад согласно кивает головой. Отнюдь не осуждая ее, а даже поддерживая. Этот светлый, очень забавный и не потерявший интереса к такого рода  мероприятиям, освещал ей дорогу лучше, чем любой уличный фонарь. Подбадривая в столь опрометчивом деянии.
Ветки хлестают ее по щекам, Фили оборачивается и присаживается. Сердце стучит в глотке, о, как она любит водоворот таких эмоций. Для нее особый вид наркотика, делать слишком необдуманные поступки. Особенно, после того, как ей перевалило за первую сотню лет. Это же так весело, нарушать границы, правила и пускаться в пляс, как только на горизонте маячит опрометчивый ход. Щеки пылают, а Россини улыбается Ханне, слишком загадочной улыбкой. О, дорогая. Тебе очень понравится вот так сходить с ума.
Она дышала, только тогда, когда заставляла свою душу подвергаться испытаниям. Хоть каким-то. Ведь последние несколько десятков лет, она истязала себя внутренним нытьем о долгой жизни и отсутствии разнообразия. Можно смело заявить, что план по выполнению миссии "сделай из себя наседку", у нее с треском провалился. Когда-то, очень давно, она была членом шумной, итальянской семьи, с кучей родственников, мишурой праздников и отличным времяпровождением вне дома. И, признаться честно, она дико скучала за тем призрачным воодушевлением и радостью, переполнявшим ее детское сердце.
- Мы сделаем жизнь одного беззащитного существа немного лучше. Разве не это главное, Ханни?
Исправив имя спутницы на собственный мотив, добавив немного нежности, Фили озорно хохотнула и направилась к конюшне. Тут или ты, или тебя.
Скрипнув ставнями, Фили задохнулась от негодования, когда приблизилась к животному. Затруднительное дыхание, тяжелый сип и грустные взор. Эта лошадь полностью являлась образцом несправедливости и жестокости, гнусного и отвратительного поведения людей. Людей, которых страж ненавидела от всей души. Жадных и подлых, готовых ради собственной наживы переступить через слишком светлое и прекрасное существо.
- Они даже не удосужились снять с нее корду!
Кипела Россини и расстегивала намордник, который отчаянно мешал, сцеплял зубы и сковывал движение.
- mio Dio..
Поглаживая гриву животного, пробираясь к ее бокам, Фили медленно, но уверенно ставит Ханну перед фактом.
- Надо ее поставить на ноги и вывести отсюда, иначе никак. Можно обработать рану, перевязать.. но на руках, увы, не донесем.
И она сама же слышит в голосе отчаянье и страх. Страх перед смертью, которая может настигнуть для бедного животного в любой момент.
- Потерпи, совсем немного и ты обязательно вновь покоришь все холмы и поля. Только немного помоги нам..
Фили слышит характерный, слишком злой смешок позади себя и оборачивается. Любители крепкого пойла, с привкусом тонких ноток, богом забытых соцветий, стоят в дверях. И в ее груди закипает желание выбить всю дурь, из великосветских козлов. А еще лучше - стереть в порошок, чтобы весь гнев вышел, с кровью и потом, стекал по кинжалу, принося зверское, садистское удовольствие.

+1


Вы здесь » Actus Fidei » Aeterna historia » .. и в избу горящую мы войдем


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC