Добро пожаловать на ролевую Actus Fidei!

Где смерть не является концом, где существуют души, стражи и законники, ведьмы и клирики. В мире временами начала пропадать магия, доставляя всем массу неприятностей. И происходит это обычно в самый неподходящий момент, когда ты пытаешься отправить беса или тёмную в преисподнюю. Почему это случается - предстоит узнать.


Место действия: Арденау, осень-зима 2017-2018 годов

сюжетзанятые имена и фамилии
шаблон анкетыправилахотим видеть
персонажиматчастьвнешности
НЕ ВИЖУ ЗЛА
Rhiannon McCécht

НЕ СЛЫШУ ЗЛА
Robin Mitchell

НЕ ГОВОРЮ ЗЛА
Alan Collingwood

- Что... Что ты делаешь? - хрипло спросила законница. Дернувшись, Ай поморщилась, потому как руки болели так же невыносимо. Бассам, спрятав зажигалку, подошел поближе к дочери, останавливаясь в шаге от нее. На лице играла усмешка, исказившая его выражение буквально до неузнаваемости. Айше стало противно. [продолжить]



Вверх страницы
Вниз страницы

Actus Fidei

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Actus Fidei » Alia editio » crazy little thing called love


crazy little thing called love

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

https://i.imgur.com/K8QutOn.gif https://i.imgur.com/9zxzw98.gif
https://i.imgur.com/BdwbURE.gif https://i.imgur.com/vFPn3Rs.gif
Queen - Crazy Little Thing Called Love
crazy little thing called love
Barry&Annabelle (starring Erida)&Miriam
Апрель 2017 года; Арденау и окрестности
Бартоломью Джон Прескотт является далеко не самым удачливым по жизни человеком, и, казалось бы, дополнительных доказательств тому уже не требуется. Но судьба решила иначе, и бравый полицейский снова влип, внезапно пропав с радаров всех своих знакомых.
Энни и Мириам спешат на помощь. Но когда пропажа все же всплывает на горизонте, дамы вдруг обнаруживают, что сложившаяся ситуация гораздо интереснее, чем может показаться на первый взгляд.


[SGN]https://i.imgur.com/FCjcZD7.gif https://i.imgur.com/0uWoqdP.gif[/SGN]

Отредактировано Barry Prescott (Вчера 17:40:59)

+4

2

Утро в квартире Барри и Эриды Прескоттов началось, увы и ах, но совсем не с кофе. Злой, как черт, только что вышедший из душа, в белом махровом халате, Бартоломью стоял аккурат посреди гостиной, яростно тыча в сенсорный экран своего смартфона, который категорически отказывался подчиняться указаниям мокрых пальцев. Наконец-то, нужный номер был набран, и совсем скоро у уха инспектора послышались унылые гудки.
- Эрида! - после долгого, но относительно терпеливого, ожидания, рявкнул Барри, да так, что трубка чуть было не выскользнула из все еще влажных ладоней. - Ты такая молодец, всю горячую воду использовала, а подумать обо мне и нагреватель включить заново не догадалась?
На другом конце линии послышался смешок.
- Ой, ну чего ты вопишь, как красна девица! Я проснулась тебе напомнить во сколько?! В пять утра! К тому же я проспала, и спешила на встречу с клиентами... - тараторила сестра, не давая разъяренному родственнику и слова лишнего сказать. - Ну ты это, не кисни, а?! Прости, много дел, увидимся через два дня!
Поспешные гудки, теперь тоже прорывающиеся в ушную раковину и лихо бьющие по барабанным перепонкам, послужили отчетливым доказательством того, что мисс Прескотт тему продолжать не намерена.
Барри глянул на заляпанный экран телефон, и отшвырнул тот на ближайший столик. Требовать ответа от Эриды было бесполезно, да и что она может сделать, уже сейчас находясь на расстоянии в добрых сто километров от дома? Отправляясь на долгую трехдневную экскурсию, ведьма и правда вынуждена была очень рано встать, потому несложно предположить, что холодная вода в душе - еще цветочки.
Зайдя на кухню, и окинув скептическим взглядом немытую посуду в раковине, и пустую банку из-под кофе, стоявшую аккурат на холодильнике, Барри захотел было связаться с Рут, в надежде, что разговор с ней его успокоит, но потом вспомнил, что и О'Лири укатила накануне на очередные раскопки в Гватемалу, кажется, так что на связь если и выйдет, но едва ли будет настроена на долгий и задушевный разговор.
Весь такой обиженный и оскорбленный, вяло жуя залитые холодным молоком хлопья и запивая все это бурдой, под названием "растворимый кофе", завалявшейся в запасах у Прескоттов, Барри кое-как позавтракал, после поспешно оделся, мечтая о пончиках и нормальном латте из ближайшей к участку пекарни, как внезапно экран телефона вновь замигал, сигнализируя о новом сообщении.
На сей раз это было по работе - новое дело, подробности которого отправили по электронной почте, требовало, дабы инспектор Прескотт, в компании своей рыжеволосой напарницы, сразу по приходу в участок отправился на другой конец Арденау. Там надо то ли побеседовать, то ли допросить одного подозреваемого, и лучше не медлить, потому как этот самый субъект вполне может покинуть нынешнее место дислокации, и после обнаружить его уже будет куда сложнее.
Вздохнув, Барри отправил Энни сообщение, и поспешил к машине. По дороге он махнул рукой соседке, выгуливающей свою обычно очень враждебно настроенную по отношению к Барри собаку, забрал почту, быстро посмотрел, ничего интересного не обнаружив. Бросив корреспонденцию на пассажирское сидение, и поправляя ворот пиджака, Прескотт приоткрыл уже было водительскую дверцу, как почувствовал, что под правым ухом неприятно кольнуло.
Ошалело обернувшись, нащупывая небольшую стрелу с красным оперением, очевидно и ставшую причиной болевых ощущений, Барри заметил прямо перед собой женскую фигуру. В глазах уже все затуманилось и закружилось, потому мужчина не успел ее разглядеть, хотя чувство, что он был знаком с этой барышней, в сознании вспыхнуть успело. Но после бравый инспектор благополучно рухнул аккурат на асфальт, больно ударяясь плечом и, кажется, рассекая щеку, но никакая физическая боль не помогла - темнота накрыла сознание Прескотта, который тут же погрузился в блаженное и кажущееся сейчас очень безопасным забытье...

Он очнулся, и понятия не имел, сколько прошло времени. Многострадальная голова гудела, но всему остальному организму было на удивление комфортно - Барри обнаружил себя лежащим на мягкой кровати, прикрытым пушистым пледом, и в окружении приятных на ощупь подушек и мягких игрушек. Почти все было ядреного, кисловато-розового цвета, из-за чего голова начала болеть еще больше. Как после очень, очень большого и долгого перепоя.
К сожалению, Прескотт не помнил, что именно он пил накануне, и пил ли вообще. Напрягая мозги, которые соглашались работать с огромным трудом, Барри откинул плед, и попытался принять более менее вертикальное положение.
Перед глазами все плыло, но он заметил балдахин, такой же розовый, висящий аккурат над ним. Остальная обстановка комнаты была примерно в таком же духе, и Прескотту стало не по себе. Поднявшись, и придерживаясь за стенку, он доковылял до двери. Не успел он коснуться ручки, как она сама отворилась на распашку, и фигура, всплывшая прямо на пороге, вновь показалась очень знакомой.
Усиленно соображая, Барри наконец-то понял.
- Вирджиния! Ты что...? Что я...? - заикаясь и качаясь, инспектор только чудом каким-то умудрился не упасть. Руки той самой Вирджинии его подхватили. Высокая, статная девушка, со светлыми волосами и зелеными глазами, безумный огонек в которых Барри никогда не нравился, заботливо его подхватила.
- Сейчас-сейчас, дорогой, все будет хорошо... Выпей ка это, тебе поможет. Это против головной боли. Ну ты вчера и зажигал, скажу я тебе! - девушка слащаво улыбалась, и в то время, как все инстинкты орали, что не стоит ничего пить из рук бывшей, с которой расстались очень плохо, Барри и заметить не успел, как уже опустошил половину стакана.
Боль и правда прошла, а пойло оказалось сладковатым и даже более менее приятным на вкус. Прескотт мотнул головой, сосредотачиваясь на действительности. И внезапно его губы расплылись в широченной улыбке, которая ну никак не делала чести его умственным способностям.
- Вирджиния! Любовь моя! Я так скучал! - он полез к девушке за объятиями, и та, разумеется, охотно ответила. - Каким я был дураком, что посмел от тебя уйти! Ты же единственная моя! Что? Покушать? Да-да, можно пойти... Куда ты, туда и я!
Мило воркуя, наша новоиспеченная парочка спустилась на кухню. Вирджиния, девушка тридцати двух лет, работающая продавщицей в книжном магазине, с которой Барри очень недолго встречала года три назад, радостно заявила, что родители уехали в отпуск, и им совершенно никто мешать не будет. Прескотт лишь кивал, плохо слушая, что она говорит, и с неприкрытым обожанием глядя ей в глаза. На душе внезапно воцарилась такая легкость, ведь больше ничего не было в этом мире для него важным, кроме этой неописуемой и горячо любимой красавицы.
Пока Джинни колдовала на кухне, причем, кажется, в прямом смысле, Барри сидел на табурете, облокотившись локтями о стол и подпирая ладонями подбородок, и выглядел при этом невероятно глупо. Из этого состояния некоего транса его вывел звонок в дверь. Тут же подскочив, и заявив, дабы любовь всей его жизни не утруждалась, Прескотт поспешил открыть.
- Мириам? Энни?! О, вы как раз вовремя! - обе женщины, слегка ошарашенные, такого приема явно не ожидали. Подхватив их под руки, и затаскивая внутрь, Барри продолжал совершенно по-идиотски улыбаться. - Проходите, проходите! Позавтракаете в нашем доме, где царит неописуемое счастье!

[SGN]https://i.imgur.com/FCjcZD7.gif https://i.imgur.com/0uWoqdP.gif[/SGN]

Отредактировано Barry Prescott (Вчера 17:41:21)

+2

3

Утро в квартире Аннабель Маккарти началось, увы и ах, но совсем не с кофе. Нет, вообще-то кофе тоже был, но вкуса его ведьма, вернувшаяся с прогулки и отрешенно глядящая в потолок, не чувствовала. И снова нет, она не ждала видения и знака свыше и не была в глухой депрессии. Просто с месяц назад по выделенному каналу связи с космосом молодая женщина получила информацию, что ее замечательную, очень уютную квартирку затопит. И каждый день она будто бы вопрошала потолок, стоит ли ждать ей по возвращении с работы тотального кабздеца или, может, и сегодня тоже обойдется. Потолок, как водится, оставался безмолвным и безучастным. Энни вздыхала и сетовала на себя же, что опять не повесила в каждой комнате по календарю – так было бы гораздо проще ориентироваться в собственных видениях, но руки все никак не доходили и сегодня тоже вряд ли дойдут. Она мотнула головой, помыла посуду и на секунду задумалась, не зайти ли все же к соседям сверху, не сказать ли им, чтоб заняли позицию и безвылазно сидели неподалеку от возможных диверсантов – ванной и раковины на кухне. Но, как всякий раз на протяжении последних четырех недель, пришла к выводу, что объяснить она ничего толком не может и вообще точно не уверена, когда произойдет Апокалипсис в одном отдельно взятом доме, а значит, и к соседям идти нет ровным счетом никакого смысла.
Для очистки совести по недавно заведенной традиции она торжественно поставила в центре кухни таз, который, конечно же, от наводнения не спасет, немножко подумала и добавила новый штрих – горшок из-под недавно почившего цветка. (Вот кто, к слову, радовался бы внезапной влаге, так это погибший фикус, а то садистка, в чей дом он попал по случайному и весьма неудачному стечению обстоятельств, вечно забывала его полить – он же о себе не напоминал ни словом, ни делом). Взиравший на все это безобразие ирландский сеттер с тоскливым вздохом лег и прикрыл лапой морду, словно выражал бесценное мнение о принятых мерах по спасению жилища.
- И не сопи на меня, - возмутилась ведьма, указывая пальцем на собаку. Пес снова тяжело вздохнул, но тут же расстался со своей тоской, стоило только твердым шарикам корма застучать по дну металлической миски. Собака подорвалась; лапы ее при этом неловко разъехались, но вскоре когти застучали по ламинату, а потом раздалось бодрое чавканье.
Проходя мимо, ведьма потрепала пса по холке, тот скосил на хозяйку глаза и вяло махнул хвостом. Провожать Энни на работу собака не пошла. Ведьма же бросила взгляд на настенные часы, подхватила с тумбочки сумку, ключи и телефон и поспешила в участок, где почти три года назад нашли отличное применение ее талантам. До работы ей было всего-то двадцать минут прогулочным шагом, и она всегда добиралась пешком. Так было и на сей раз. В общем, в то утро ничего нового и странного не происходило… пока мисс Маккарти бодрым, пружинящим шагом не влетела в общий кабинет. Ведьма притормозила в центре, глянула на место у стены, посмотрела на наручные часы, на всякий случай сверилась с телефоном и снова уставилась на пустующий стол своего напарника.
- У нас с ним сегодня выходной, а я об этом забыла? – изумленно протянула ведьма.
- Нет, вообще-то вы уже должны спешить к Новому городу, - радостно сообщили ей, и Аннабель, откровенно говоря, окончательно прихренела. Она снова посмотрела на телефон, где не было никаких сообщений от Барри. А между прочим, у них с этим редкостным идиотом существовал особый ритуал на случай, когда утром внезапно (ага, как же, внезапно!) состояние «не в кондиции». Обыкновенно они с напарником обменивались следующим рядом сообщений: от кого-то приходил зеленеющий смайлик, от второго – ржущий, следом шел смайл с закатывающимися глазами, а завершал всю эту пантомиму поднятый вверх большой палец, что значило: «Не ссы, прикрою твой зад». (Один раз, кстати, Энни поленилась искать нужного колобка и сразу отправила детективу принт-скрин экрана со всем известным диалогом). Но открывающего парад зеленеющего смайлика не было. Ах, знала бы только ведьма, что на работу Прескотт собирался и даже отправлял ей эсэмэску о новом задании и что при отправке случился сбой, не теряла бы драгоценного времени. Но она не знала и на разговор со свидетелем, имеющим, на минуточку так, дипломатическую неприкосновенность, отправилась с другим коллегой – словом, местный Оракул и Детектор лжи, как называли Аннабель в команде, самым наглым образом изменила Барри и не чувствовала по этому поводу ни малейших угрызений совести. Пусть вон тот, кто ее толкнул на измену, и грызется. Но Прескотт был крепким орешком (не как Брюс Уиллис, но тоже ничего) и так легко не грызся: в участке он так и не объявился, на связь не вышел и трубку, когда Энни звонила рассказать ему, сколько всего хорошего о нем сейчас думает, не снял.
«Ну, ты и облажался!» - подумала ведьма, только-только отчитавшаяся перед начальством, что это все-таки не их преступник, и бесцеремонно плюхнулась на стул Прескотта…
Видения нередко накатывали на нее неожиданно, когда Энни не просила о них и не приготовлялась. Каждый раз ей казалось, что ее не просто обдало холодной водой, а что ее насильно погрузили в нее с головой, держат и не дают вынырнуть за глотком воздуха. Невольно настроившись на волну одного из немногих людей в отделе она увидела так ясно, словно действительно была свидетельницей происходящему: Барри выверенным движением поправляет пиджак, открывает дверцу машины, удивленно оглядывается и падает на асфальт. Энни не раскрывала глаз, но внезапно начала видеть участок, жадно хватанула ртом воздух и, не давая себе толком прийти в себя, схватилась за телефон. Теперь уже она не думала, что Прескотт – козел и идиот, а хотела только, чтобы он взял чертову трубку.
- Барри похитили! – она так резко вскочила со стула, что едва не потеряла равновесие, а сделав шаг вперед, пребольно стукнулась об угол стола ногой, на которой, конечно же, вскорости расплывется лиловый синяк.
В комнате стало очень тихо. Не находящиеся на вызовах специалисты, чудилось, замерли. Но очень быстро служащие правопорядка оправились, предположили, что, может, Энни все-таки опять что-то не то показалось, но на всякий случай отправили констеблей проверить предполагаемое место преступления. Поступило сообщение, что машина детектива Прескотта брошена на парковке у его дома, посторонних отпечатков не нашли, улик – тоже, только несколько капель крови на асфальте. Через мгновение уже начали искать все последние дела Прескотта, чтобы выяснить, какой гад мог это сделать. Энни же без лишних советов захлопала ящиками стола Барри, достала его гребень (Барри-красота, всегда издевалась она, не может же поехать к свидетелям непричесанным), схватила его любимую кружку и свалила это все на стол напротив, за которым сидела Мириам. Вскоре на ее столе вообще появился целый ворох вещей пропавшего детектива, чтобы еще одной ведьме, специализирующейся на поиске, было с чем работать. Объяснять Брэйтуэйт ничего не надо было: она очень быстро расстелила на столе карту и начала колдовать. Энни мерила шагами небольшое пространство перед столом подруги. Та время от времени поднимала глаза, и во взгляде ее явно читалось: «Ты мешаешь». Маккарти это понимала, но поделать с собой ничего не могла и нервно покусывала ноготь.
- А вдруг его сейчас увезут куда-нибудь в другую страну? – нервно спросила она.
Мириам зыркнула.
- А если его уже убили?..
Мириам снова зыркнула.
- … и закопали?
Мириам очень тяжело вздохнула.
- ... по частям?
Мириам всучила Энни чашку Прескотта с нескрываемым намеком: «Займись уже полезным делом, вызывай видения – чем больше узнаем, тем лучше». Аннабель нахмурилась, покладисто села и, обхватив ладонями чашку, зажмурилась. Но видения сказали: «Мы в такой нервной обстановке работать не желаем», - и не стали посещать окончательно разнервничавшуюся ведьму. Почему-то ей показалось, что отсутствие видений – очень-очень-очень плохой признак.
- Нашла, - выдохнула Мириам и вытащила из ящика пистолет...

 
… Брэйтуэйт припарковала машину не у мусорного бака, как рисовала себе это разнервничавшаяся Аннабель, а у миленького домика в частном секторе. Две женщины покинули салон, и Мира очень скоро уже стучала в дверь с резким: «Полиция Арденау, откройте». Открывать не спешили. И Энни не нашла ничего умнее, чем обойти правило, которое ясно гласило, что ни в коем разе нельзя проникать в какое-либо помещение без веских на то оснований или криков о помощи.
- Помоги-и-ите! – крикнула ведьма и развернулась к Брэйтуэйт. – Слышала? О помощи просят. Прострели замок, а?!
Но стрелять не пришлось. Дверь все-таки открылась, и на пороге… был Прескотт. Случилась непродолжительная немая сцена, в которой две длинноногие ведьмы просто переглядывались. Прервал весь этот фарс виновник торжества, поставивший на уши весь участок, но оказавшийся целым, невредимым и подозрительно довольным жизнью.
- Какое-какое счастье здесь царит? – глупо переспросила Энни, вылупив глаза. И Барри посмотрел на нее так, словно из них двоих именно у нее было помутнение рассудка и кризис умственной деятельности: сказал ведь, что неописуемое.
- Ты вообще нормальный? Между прочим, ты не пришел на работу, тебя все ищут, а у тебя тут счастье царит? И вообще, тут – это где? Что это за дом такой? – тараторила подхваченная под руку Энни, но ответов почему-то не получала. Тогда она вывернулась и, отклонившись назад, за спиной у Прескотта сделала страшные глаза Мириам: - Слушай, его, может, чем накачали? Или он всегда такой, а я просто не замечала?
Кстати, вопрос, что здесь происходит, интересовал не только Аннабель и ее напарницу. Этот вопрос интересовал еще и неизвестную миловидную девушку, которая с траурным лицом стояла на пороге какой-то комнаты – вероятно, кухни или гостиной.
- Стоит только отвернуться! На секунду отвернуться! А ты уже притащил в дом других женщин! – взвизгнула девица.
Энни самым натуральным образом уронила челюсть.
- Мира, а… э… нам с тобой, может, пора? Мы его и на улице подождать можем.

[NIC]Annabelle McCarthy[/NIC][AVA]http://funkyimg.com/i/ZMFq.png[/AVA]
[SGN]аватар похитила у Тины[/SGN]

Отредактировано Erida Prescott (2017-10-14 02:49:35)

+2


Вы здесь » Actus Fidei » Alia editio » crazy little thing called love


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC